November 27th, 2019

Вот и настал этот день. Обращение к читателям и друзьям. Самый важный мой пост.

Долго ждал и готовился и вот он настал, этот, в меру серый, день. Для меня - ключевой.
Хотя дату, время и остальное я не подбирал. Оно само собой подобралось.

Сегодня вечером начну делать то, к чему готовился много лет.
И начну с главного - правды о себе. Местами довольно нудные, но с моей точки зрения - необходимые рассказы, воспоминания, дневниковое.
Я веду дневники с юности, есть что показать из архивов. Встречи с людьми, включая известных, мир авторскими глазами, потерянная страна и новые миры, встреча с неземным, эзотерика, сны и реальность..
Просто весь путь, с остановками, ремонтами и сменой маршрутов.

Я очень сложный, местами даже мерзкий человек, одержимый многими заразами, но в первую очередь - созданием того мира, который не вылезает из черепушки и мешает жить нормально, как обычно.
Эта зараза иногда ставит меня на различные грани, что сильно тяготит и разрывает на крестражи, давит, жрёт время, ресурсы, особенно здоровье, отрывая меня от всего и в первую очередь от семьи.
Я очень виноват перед близкими и хочу это публично признать и попросить прощения.
И у всех, кого обидел, задел, оскорбил или как- то негативно зацепил.


Публикацию начну с автобиографического, и первая же глава, первая же фраза спровоцирует много срача, бурлений, дискуссий и наездов. Не в блоге, так рядом, не рядом, так ещё где. Будет и удивление и неприятие, и сюрпризы и даже ненависть.
Хотя очень рассчитываю на понимание, так как в целом - всё это - кусок моего личного покаяния, и по сути - исповедь.

Короче.

Первая работа серии называется "Тот самый".
Первые части первой главы - уже сегодня вечером.
Много правды, одна правда и кучи фотографий реального Тёмки или тех, кто скрывается в нём.

Блог читают тысячи людей, а его зеркала - десятки тысяч, поэтому кипение будет:) Многие повеселятся:)
Критики и ненавистники проорут "Йесссс!!! Мы знали".
Друзья? Многие наверно разочаруются, хотя настоящие из них - поймут и даже возможно поддержат.

Вторым пойдёт компиляция мыслей, этакий рестарт и перезагрузка шаблона - "Мысли о космосе, обществе и идеальной стране за четыре минуты до приезда санитаров", потом полностью переработанный и дополненный "Звёздный Стражник" с его продолжением, затем - детская повесть "Дорожный сундук старого гоблина", далее - трилогия "Орден Справедливости и Света", детская повесть "Странные прогулки вокруг Луны", роман " Дневник тунгусского шамана", роман "Остров Ящериц" и т.д.
Всего 39 остросюжетных, приключенческих забав, сценариев, романов и компиляций создающих мою маленькую Вселенную, ради которой я пробздел саму жизнь.

Теперь обращение ко всем неравнодушным.

Публикация того, что я называю Сага - вызовет некоторые бурления и несомненно повлечёт негатив, который может оказать значительное влияние как на меня, так и на близких. Особенно автобиографическое, в котором нет ничего особенного или удивительного, но которое возможно станет шоком для многих кто меня знал или наоборот - не очень.
Не камингаут:)), но много неожиданного.
К ударам со стороны и изнутри - я привык, но вот близкие - не очень.
А удары становятся всё крепче, время такое.

Поэтому обращаюсь ко всем, кто может или захочет, с призывом о помощи, реальной, финансовой, ниже - мои реквизиты.
Я не прошу подачки, всё ещё в состоянии зарабатывать, но прошу временной поддержки с обязательным возвратом, так как мой ресурс полностью исчерпан, а с началом публикации - будет ещё тяжелее.
Это вы поймёте уже сегодня вечером, с началом первой главы.

Заранее всех благодарю. Успехов и здоровья, а оно - важно.



Collapse )
______________


В качестве затравки - фотка.

Тёмка в середине 90-х.

Scan1097

Тот самый - 001

Приношу свои глубокие извинения всем кого обидел, и в первую очередь - близким.

Бесконечная благодарность всем, кто был рядом, помогал в трудные моменты и даже тем, кто просто не мешал:)
Не мешать -  это уже огромная помощь в наше время:)

Голоса в голове приказывают написать всё то, что пишу. И хорошо, что не другое приказали. ( шутка)

Эта история пишется в режиме реального времени, постоянно будет дополняться, редактироваться, уточняться.
Я подготовил сотни фотографий, файлов, архивных документов.
В некотором смысле -  это срез истории моей страны и моего поколения, затронет кучу людей, включая очень известных.  Это всё, конечно же, чревато неприятными разборками, но я постараюсь быть как можно более искренним и непредвзятым.
Хотя имена пары сволочей всё-таки придётся назвать.

История эта - простая хронология и маршрут жизненного пути одного маленького человека, который очень-очень хотел стать Большим, рыпался, скакал, крутился, вертелся, но не смог, не осилил, не хватило прыти, поэтому расстроился и огорчился,  но потом  - подумал, перетёр, взвесил разное, расслабился и сейчас просто болтает ножками в интернете.
Себя он пожалел и многократно простил, хотя и не стоило, очень даже не стоило, но сделают ли это другие? -  вопрос времени и искренности, в том числе и автора.

Я пытаюсь разобраться в себе.
На мне полно грехов, кроме пожалуй самых-самых. Да и то?
Иногда мне кажется, что я -  инкарнация Гитлера, который умер в 1963 году в Аргентине или Парагвае и вселился в первое попавшееся. Адольф просыпается во мне, периодически, гневным карликом, протягивающим дрожащие руки к этому сверкающему, очень зовущему, но  такому недоступному глобусу и хрипит, почему-то по-испански....
В другие разы -  я ощущаю себя ангелом, спарировавшим на этот кусок Галактики чтобы помочь страждущим. Я даже чувствую боль в мускулах крыльев и запах ладана, смешанный с серой.
Но чаще всего -  я просто лузер, мух на навозной куче, который вяжет концы с концами, ощущая, что нитей всё меньше, а дыр -  всё больше.  Из этих дыр тянет, сводит суставы, мельтешит каруселью за забором. Спицы становятся колючими, острыми, режут всё.  Я сижу, вяжу, а мой внутренний Мух всё больше. Вот я уже Повелитель Мух, и тут снова выползает Адольф, хрипит по-испански и снова прилетает Михаил, он же Мишка, спешно заливает всё ладаном из огнетушителя, дико воняет серой и я просыпаюсь.
Потом всё валится из рук и я начинаю заново. И это без наркоты, без химии.
Я не думаю что это шизофрения или алкоголь.
Это просто вздувшийся, распухший внутренний мир, который рвётся наружу.
Поэтому я его и выпускаю. Не всем нравится, когда выпускают миры, зато и меня не разрывает.
Я отдаю слишком много энергии, но видимо -  так надо.
Смирения с этим -  всё больше. Хотя всплески бунта -  случаются.

11083830_918279378195483_1010673377461752750_n




Семья.


Когда я родился, меня звали Георгий Александрович Гогуадзе.

Да, я грузин.

Многих разочарует, в том или ином смысле,  что я не еврей, но обрадует, потому - что близко:)))
Ну не целиком грузин, полукровка, как сказал бы Драко Малфой.
Мала-мала, но горячая кровь равнинного урбан-джигита во мне есть. Примерно четверть.
Остальное - немного надменной польской и половинка русской, казацкой, донской и очень упрямой.
Поэтому по крови -  я больше всего донской казак. Среди предков по матери - атаманы.

Родился я в городе Пятигорске. В местном ЗАГСе существует соответствующая запись, это легко проверить.

Первую половину своей жизни я в основном жил на Северном Кавказе или в Грузии, в Тбилиси, но всегда и до сих пор ощущаю себя более русским, чем остальным.  Этот факт бесит многих знакомых и не очень знакомых грузин и многих знакомых и не совсем знакомых русских, которые в свою очередь не считают меня тем или иным, но против своих ощущений мне не прыгнуть.
А ещё в некотором смысле - я немец, хотя немецкой крови во мне нет. В Зазеркалье я вообще не с этой планеты и мой дом -  на Аргоне, малом.

Рос в русскоязычном, причём довольно солидном, с точки зрения образования и окружения. Очень солидном, качественном, хотя не скажу, что был мажором. Отнюдь. Об этом тоже расскажу, позже.
Очень люблю Кавказ, Грузию, Россию и то, что раньше называлось СССР.
В некотором смысле - я совок, в хороших отражениях этого слова.  Много ездил по стране, общался с людьми, дружил.
Жил в разных точках огромной страны, недолго, но часто.
Считал многие ( сегодня уже чужие друг другу) города и края -  родными.
Но об этом - тоже позже, причём по-детально, хронологически.

У меня, как и у всех людей, были мама и папа, достойные люди, которых я любил и люблю.
Мама жива, немного болеет. Кусок моей семьи до сих пор живёт в Тбилиси. Маму с сестрой тоже поносило по свету.
Папы уже нет, с 1985 года. Именно тогда наша семья начала рушиться. С тех пор всё и понеслось...





Фотография моей семьи. Египет. 1964 год, примерно. Может начало 65-го.
Мама, папа, я.
Мы были дружной, обалденной семьёй.

Scan0470.tif



Египет. Асуан. Плотина. 1966.
Мама и папа -  справа. Я на коленях у коллеги моего отца. На руках у мамы - моя сестра Лика.

EGIPET_01.BMP


_

Тот самый - 002. Отец.

Мой папа - Александр Северьянович Гогуадзе. Самый лучший папка на свете. Грамотный, талантливый инженер-практик.
Отличный друг и клёвый семьянин.
Родился 6 июля 1936 года в городе Батуми.

Его отец ( мой дед) -  Северьян Харлампиевич Гогуадзе. Родился в Батуми. Рабочий, механик, коммунист. Секретарь Чохатаурского райкома партии. Расстрелян как троцкист 22 ноября в 1937 году.


Его мать ( моя бабушка) - Тамара Яновна Цулукидзе. Родилась в Санкт-Петербурге в 1917 году.
Дочь Яна Добриньского-Сапеги, полковника русской, а затем белой армии и штабс-офицера штаба Деникина. Её мать ( моя прабабушка) -  Екатерина Цулукидзе, вроде бы родственница князя Константина Дадешкелиани и член семьи одного из основателей компартии Грузии - Александра Цулукидзе.
Именно родство с Александром и спасло мою бабушку в 1937.  В 20 лет, осталась с маленьким ребёнком на руках, вдова троцкиста. Было трудно. Бабушка всю жизнь хранила небольшой, размером с небольшое полотенце вышитый герб Дадешкелиани.
Мне он жутко нравился и я играл с ним, как с щитом рыцаря. Со временем из него вылезли нитки, оторвались фигурки и я его выкинул прямо с балкона в огромный котлован, который рыли прямо под окнами, вернее -  балконами. Прокладывали метро.
Новое время не принимало гербов.


Сведения не полные и возможно не совсем точные. Бабушка неохотно говорила про это, боялась всю жизнь.

Бабушка училась в Питере, во время войны работала в городе Батуми, вроде бы в порту, имела награды которыми я играл в детстве, затем работала счетоводом, машинисткой, а после  20 съезда и реабилитации -  начала работать экономистом в одном из отделений сберегательной кассы города Тбилиси.
Они с папой и моим дядей ( сын от второго, неудачного брака бабушки)  жили в коммуналке, в доме, недалеко от места, где позже построят ресторан Берикони. Название улицы не помню, надо спросить маму.
Бабушка скончалась в 1982 году после тяжёлой болезни. Похоронена на Сабурталинском кладбище в Тбилиси, рядом с младшим сыном, моим дядей, который погиб в 16 лет на спортивных сборах в Батуми во время заплыва в непогоду. Он был кандидатом в мастера спорта. Дядю звали Гиви. Бабушка стала называть меня этим именем, а я его терпеть не мог.
Там же похоронен мой отец.


Папа закончил 1-ю школу города Тбилиси, тогда ещё с раздельным обучением и школьной формой с фуражками, затем Тбилисский энергетический институт( будущая часть ГПИ -  Грузинский Политех), по образованию -  инженер- электрик, специализация -  сети и системы, высоковольтные линии передач, станции и подстанции.
По распределению был послан в Пятигорск на местную подстанцию, где вместе со своим другом поселился в частном доме в посёлке напротив пятигорского вокзала. Так папа познакомился с мамой. Дочь хозяйки этого дома - и стала моей мамой.
Через год они сыграли свадьбу в Пятигорске, вчетвером, свидетелями были папин друг и мамина подруга, которая стала женой этого друга и до сих пор ей и остаётся.
Ещё через два года родился я.
Папа был хорошим инженером, очень хорошим, владел английским, дружил с крутыми ребятами, поэтому в 1963 году получил назначение в долгосрочную командировку в Египет, где участвовал в строительстве Асуанской ГЭС - великой плотины на великом Ниле.
Выехали всей семьёй. Мне был годик, может даже меньше.
В 1965 году, в больнице города Александрии родилась моя сестра Лика. Папа работал сутками, учил арабский, практиковался в английском. Мама гоняла по стенам гекконов и мух и воспитывала нас. И всё было хорошо.

После возвращения, примерно в 1966 или 67 году семья получила трёхкомнатную квартиру в городе Тбилиси, по адресу Важа Пшавела 35. Обыкновенная хрущёвская восьмиэтажка, третий подъезд, седьмой этаж, квартира справа. Позже, недалеко открыли станцию метро Делиси. Напротив дома находилась знаменитая психиатрическая больница, с другой стороны, через проспект -  магазин "Ковры" и знаменитая клиника доктора Цопе( пластика носа, что было очень популярно на Кавказе) с торца - вечно-строящийся корпус Медицинского института. Обыкновеннный двор, гаражи, садик, шесть подъездов и куча детворы. Дом был ведомственным, принадлежал министерству энергетики. В нём жили работники строительно-монтажных управлений одного из трестов. Его и сейчас можно наблюдать в гугль картах.
Отец быстро рос как специалист, углубляясь в горное. Строил ЛЭП в Дагестане, Армении, Азербайджане, в высокогорье.
Семья часто была с ним, мы жили то в Махачкале, то в Прохладном. Я начал ходить в дагестанском Советском, говорить -  в Хунзахе, потом были Нальчик, Владикавказ. Десятки деревень и городов, но иногда меня оставляли с бабушкой.
Отец прокладывал свет к самым отдалённым аулам и деревням и не только на Кавказе или в Закавказье. Работал в Тамбове, Ростове, Ленинграде. С ним работали офигенные дядьки. Ни за одного не было стыдно.
Папа был добрым, отзывчивым, заботливым, хотя и очень занятым человеком. И очень исполнительным.
На некотором этапе, он стал работать и с МинОбороны, но вот тут уже секретное. В горах Кавказа было много чего, что беспокоило наших противников. И этому всему - нужно было электричество. В такие командировки семью не брали. А их было всё больше.

Отец получил права ещё в 50-х, на последних курса института. Имел право водить грузовики и даже тяжелее. Но машины у нас не было до 1968. После возвращения из Египта, у семьи была возможность купить Волгу, причём экспортный вариант, но подумав -  купили Москвич 408, польскую мебель и лёгкую шубку с туфельками маме.
Нас было пятеро - папа, мама, я, сестра и бабушка, которая уже болела.
Это была самая счастливая семья на планете. По моим ощущениям.







__

Тот самый - 003. Мама.

Мою маму зовут Лариса Андреевна, урождённая Дьякова.

MAMA_01.BMP

Дочь Ольги Потаповой и Андрея Дьякова. Родилась в Пятигорске  в 1938 году.
Воспитывалась бабушкой -  Марией  Потаповой, чей брат был довольно высокопоставленным офицером, но жил в Москве и мало контактировал с сестрой.
Отец моей мамы, мой дед, значица -  был младшим офицером, с самого начала войны - на фронте, воевал, после войны создал другую семью.
Мать моей мамы, моя бабушка  - тоже.
Тут будет отдельная история, пока не собрал все факты.

С деньгами у семьи было трудно, поэтому одна комната из трёх в доме сдавалась. Дом был старый, дореволюционный, в запланированном под снос частном секторе в районе вокзала. Небольшой участок, пара яблонь.
Во время войны во дворе дома сначала стоял немецкий танк, а экипаж жил в этой самой комнате. Платили рейхсмарками.
Маме было примерно 4 годика, но она смутно помнит шоколад и вполне сносных немцев.
Потом в доме стоял советский танк и в комнате жил экипаж наших. Тут мама помнит лучше -  тоже был шоколад и вкусности, и добрые, смешные дядьки, которые помогали собирать яблоки и баловали разным, особенно - уходом за разваливающимся домом.



Мама закончила школу в Пятигорске, затем техникум по специальности телефоные станции. Изредка навещала родителей.

И спокойно жила с бабушкой в небольшом собственном частном доме недалеко от вокзала, пока в нём не поселились два грузинских молодых инженера.

Чем могло это закончиться - понятно. Примерно через год была свадьба, моё рождение, переезд в Грузию и тут же - длительное проживание в Египте.

Мама воспитывала нас в строгости, хотя чемпионом тут была бабушка, но окружала обалденной заботой и комфортом.
По возможности работала, хотя отец зарабатывал неплохо. Отец за всю свою жизнь НИ РАЗУ не поднял голос ни на кого.
Даже на нашего пса, который рвал всё подряд. Мама же, когда мы совершали особые безумства  - иногда грозно покрикивала, хитро улыбаясь в отражении большого зеркала у дверцы шафа, и шлёпала нас  веником, а мы залезали под кровать и там пищали, делая вид, что нам больно и мы всё осознали.

Мама - весёлый, умный, очень начитанный человек. Больше всего в мире любит читать. Читает много.
Они были с папой обалденной парой, счастливой, хотя не без некоторых семейных заморочек, известных каждой нормальной семье.
Мама сопровождала папу в многочисленных командировках, иногда ревновала.
Родители умели искренне веселиться и были отличными родителями, которым завидовали многие мои сверстники и одноклассники.
Всё складывалось не сразу, но вполне приятно. У нас с сестрой было отличное детство, хорошее образование и офигенный по тем временам комфорт. Родители нас любили, мы их обожали. Всё было так, как и должно было быть.

Сейчас мама с сестрой живут в Тбилиси, в Сабуртало.
С ними живут моя племянница Анна, её супруг Александр и мой племянник -  Вахтанг Константинович Кикабидзе.
У которого несколько дней назад была красивая свадьба:)))))

Но я забежал вперёд. Продолжу позже.

Мама немного болеет, но сестра делает всё возможное чтобы семья жила в достатке. Сестра у меня -  огого !!!
Я пытаюсь помочь - но у меня плохо получается. Я не создан для бизнесов.
Но это я опять забежал вперёд.

Мама в курсе Тёмки.
Она разок смотрела телевизор и увидела Тёмку в передаче на РенТв.
Мама всю жизнь смеялась над подобными передачами или темами, не зря же была советской женой советского инженера, и поэтому её удивление было шокирующим. Она позвонила, пришлось признаться.
Иногда она читает меня на фейсбуке, но не ругается:))))
Она спокойный, рассудительный человек и шлёт вам всем привет, так как я только что говорил с ней.


Я и мама за месяц до отъезда в Германию.
Снято в Волгограде. Снимает Инга.
IMG03268025041C.BMP




_______________




Тот самый - 004. Сестра

Лика. Хотя в паспорте изначально была Елена.


Лика в конце 90-х,  Нью Джерси.
С этого балкона наблюдались события 9/11.


Scan0434



Её можно иногда найти во френдах или на фейсбуке.
Она большая умница, симпатяга и очень трудолюбивый и обязательный человек. В отца. Я наверно в мать.
Чуток младше меня.
Её биография? -  уже можно снимать даже не кино, но сериал. Там куча всего.

Лика закончила 56 среднюю школу города Тбилиси, потом университет иностранных языков.
Позже, уже в штатах -  Беркли. Некоторое время жила в России, потом в США. Сейчас обитает в Грузии
Владеет несколькими языками.
Характер острый, нордический. Вся в бабушку со стороны отца.

По ходу истории - я буду раскрывать разные эпизоды, если не встречу активного сопротивления.
А оно уже есть:)))
У нас с сестрой очень тёплые, но одновременно сложные отношения.
Много несходящегося и куча абсолютно разных точек зрения.
Но мы и живём в разных мирах, хотя одной с ней крови.
Я люблю свою сестру, очень и очень. И очень по ней скучаю.
Мы видимся редко, раз в пару лет. Иногда только если проездом.

Привет сестра:)))


_


Сестра в 80-х.
На руках -  племянник:)

Scan0525

Тот самый - 005. Детство. Египет. Дошкольное.

Я родился в 1963 году, в Пятигорске. Примерно год мы жили там, в той самой комнате. Было трудновато, по воспоминаниям мамы. И хотя отец был доволен работой, в бытовом смысле всё складывалось не совсем уютно. Дом требовал ремонта, но весь посёлок шёл под снос.  Людей выжливо выжимали. Город рос, ему были нужны пространства. Тем более у вокзала.
Бабушка моей мамы тяжело болела, потом умерла. В тот же год погиб брат отца.
Дом продали государству за сущие копейки и семья переехала в Грузию и немного пожила там, в коммуналке у другой моей бабушки.
Было не легче, но вкуснее.
Когда со мной справляться стало чуточку легче, семья уехала в Египет. Для молодой семьи - огромный по тем временам шанс.
Отличая зарплата, заграница, новый мир, интересная работа. А главное -  независимость от всех родственников:)
Начались 60-е. Беззаботные, романтичные. Так кажется, если смотреть отсюда, из сегодняшнего дня.

Египет только вылез из под влияния Великобритании.
В кинотеатрах показывали Элвиса и Битлз, но уже и советское, в магазинах можно было купить пластинки. Кока-кола, мальборо, финики. Сок манго. Я долго его просил после возвращения.
Египетское кино не уступало Болливуду по накалу страстей и неожиданностей.

В старых фильмах про Джеймса Бонда на удивление хорошо показан восток и северная Африка тех времён.
Хотя и кривовато местами.
Там запад соседствовал с востоком, прогресс со средневековьем.

Поселили в Каире, двухкомнатная квартира, с сануузлом и биде.
Отдельная, громадная по тем меркам двухкомнатная квартира с ванной, биде и огромным балконом буквой П вокруг.
Для молодой семьи -  это был абсолютный рай, особенно после всех коммуналок и прелестей тесного сожительства с кучей других персон.

Разумеется всё передаю с рассказов родителей и с фотографий, которые хранятся в семье. Но и сам кое-что помню.
Редкими кусками, не цельно.
Каир -  огромнейший город, живой, активный, в меру ошалевший.
По стенам квартиры бегали гекконы, было страшно душно, но со временем родители освоились.
Жили и в Асуане, и в Суэце.
Отец пропадал на участках. Шло строительство гигантского объекта, сравнимого с Великими Пирамидами.
Я бывал на работе у папы и видел десятки ГАЗ-69, тучи грузовиков. Мне нравилось захлопывать дверцы и тыкать в сигнал.
Строили и наши и восточные немцы, иногда подключались англичане и западные немцы.
Шла заливка тела плотины, строили подстанции, ЛЭП, заводы и фабрики сопровождения и поддержки, были трудности, так как сотни рабочих прекращали работу, то праздник, то молитва,  а бетон и социалистические атеисты их не признавали. Одновременно работали и на Суэце.
Египет взял курс на технологическое развитие. Закладывал основы промышленности, индустриального. Строились дороги, дома, заводы, страна брала курс на социализм. Наших специалистов в стране были десятки тысяч. И военных и гражданских.
С семьями, детьми.
Рынки были недорогими, утопали в разном.
Я часто сидел во дворе с арабами, они называли меня "мистер Петрушка". Арабы кормили меня фасолью в лепёшках, мама испуганно носилась рядом, пугаясь отсутствия гигиены.
Один раз я сидел на балконе и игрался машинками и на меня упал кусок черепицы, видимо треснула.
Шрам до сих пор на лбу. Тогда ещё не было Поттера, а шрам уже был:) - много кровищи, но именно с этого момента я себя помню. Потом была та самая фотосъёмка в салоне в Каире - и я её тоже помню. Я не хотел улыбаться и арабский фотограф не смог меня рассмешить. Так я и остался грустным. И фотограф тоже.

Как родилась сестра - я не помню. Мама говорила что это было в александрийской больнице и приходил поздравлять консул, коллеги папы и целая куча арабов.
Я первый раз начал осознавать что она есть -  уже когда мы вернулись. Сестра, в смысле:))
Она всегда была на руках у мамы или в кроватке.
Мой мир тогда концентрировался на большой пожарной машине, с разными прибамбасами, производства ГДР, которую мне подарил тот самый Евгений Примаков. Он был корреспондентом Правды и брал интервью у отца. Иногда они встречались и бухали, слушая магнитофон Примакова, оба были из одного района Тбилиси и шапочно знакомы ещё по Грузии.
У родителей каждый вечер собирались коллеги. Несколько семей из СССР, иногда гэдээровцы. Часто ходили в кино, или в кафе, где я разок сунул руку под стол и вытянул оттуда кабель, и где-то замкнуло. Помню Оранжину и смешные танцы.
Хорошо помню пирамиды. Я хотел на них вскарабкаться, но мне не давали даже дотронуться до них.
Мама занималась со мной, вместо садика.

Когда строили ЛЭП, семья перехала в Александрию. Некоторое время жили на вилле, очень шикарно. Несколько советских семей, огромный дом, бассейн и прекрасное море. Красивый город, в котором каждый камень -  кусок Великой Истории.
Сохранились фотки, но Египет я помню очень мало и смутно. Когда мы уезжали - мне было лет 5.
Египет снова менял политический курс, назревала война. Наших по сути эвакуировали. Да и мне надо было собираться в школу.
Летели через Кипр, он тогда не был разделён. Одни сутки провели в аэропорту и я там нашёл банкноту.
Мама сказала - что к счастью.
Когда грузились в самолёт -  я уже помню. Я был ошарашен. Ту-104, со стеклянным носом. Пилот перед взлётом взял меня на руки и показал кабину. С этого момента память начала писать непрерывно. С этого момента я помню многое. Разумеется многое стирается, забивается, но достать - уже можно.

Пару недель мы прожили в Москве, оформляли какие-то документы. Это была гостиница "Россия".
Отцу начислили денег, оклад, премии, какие-то подъёмные, то, сё,  оплата была очень достойная, платили какими-то сертификатами, да ещё откладывалась обычная инженерская зарплата. Валюту меняли на эти сертификаты, на них можно было купить дефицитное и редкое. С собой была куча вещей и чемоданов.

В это время бабушка оформила получения квартиры и ждала нас в ней.
Родители накупили мебели, приобрели телевизор, на тонких, хрупких ножках, Берёзка.
Во дворе стоял экспортный Москвич 412, я уточнил, не 408. Красный, полно никеля, красивый.
Семья крепчала.
У бабушки была радиола, а папа один раз притащил махину -  Яуза 5 и несколько катушек с песнями, которые и сейчас знает вся страна...
Был конец 60-х, оттепель.


Как уже упоминал -  мы поселились на проспекте Важа Пшавела, дом 35. Третий подъезд, седьмой этаж, направо.
На этаже - три квартиры, трёхкомнатка, двух и одно. Соседями была семья Домбровских. Папа, мама и Лена.
Она в пионерском лагере всегда пила чай, кидая в него масло. Это меня бесило до невозможности.
Ещё она играла на рояле, у них дома был настоящий рояль. Они жили в двухкомнатной, напротив нас.
Нас было пятеро. У бабушки своя комната, у нас с сестрой своя, родители в гостинной. Был небольшая лоджия, застеклённая, как положено в то время. И небольшая кухонька.
Через проспект был детский садик, во дворе пятиэтажного квартала. Туда меня водили немного.
Именно там я был грустным зайчиком, которому не досталось торта.

Недалеко был хлебный завод, с его ароматом,  рядом - кинотеатр Шанхай:) Через квартал, другой - строился дом культуры профсоюзов, что у нынешнего метро Делиси.
Город тогда стремительно хорошел, развивался, причём не безрассудно, а по большому плану.
Как раз под проспектом Важа Пшавела прокладывали ветку метро. Ветку закладывали открытым методом, поэтому всё моё детство связано именно с этой стройкой. Никто не играл в детстве в туннелях больше, чем мы. Мы там практически жили, несколько лет.
Но это было немного позже, в школьные годы.

А пока -  я был грустным зайчиком.

Отец носился по всему Северному Кавказу и Закавказью, строили огромное количество чего.
В доме часто гостили смешные или странные дядьки.
Семья постоянно праздновала какие-то события. Многое проносилось мимо меня, я был увлечён своими штуками - солдатиками, машинками и уже собрал первую их коробку, которая хранилась под кроватью.
Из каждой командировки папка привозил хоть одного солдатика, но нового. Я обожал, когда его посылали в Москву.
Оттуда он тащил целый набор.  Москва мне казалась пещерой Алладина.
Ещё у меня был настольный хоккей и шикарные дворовые друзья.
Вова и Саша. Два брата, ближе которых не было друзей.
Их родители были самыми близкими друзьями моих. Ближе не бывает. Я часто ночевал у них, они у нас. Мы были одной семьёй, по сути. Да и весь двор шестиподъездного дома. Это была одна огромная семья. Не без урода, но семья.

Наступал 1970-й. Меня готовили к школе.
На семейном совете решили отдать меня в русскую, а сестру в грузинскую, чтобы осваивать язык и как то охватить это дело.
Дома говорили только по-русски, отец в совершенстве владел и русским и грузинским, отлично владел английским и очень неплохо арабским.
Неподалёку была русская. 52-я. Средняя. Довольно знаменитая. Нужно было пройти недостроенный корпус мединститута, обогнуть стадион медиков и рядом со спортивным магазином пройти в проулок. Обычная стандартная советская школа.
Старые парты, чернильницы. Меня водили на ознакомление.
Я был в ужасе.

Чтобы я не шугался людей, меня таскали по разным местам.  Самое нелюбимое  - была поликлиника и бабушкина подруга, бывшая соседка, которая жила в Сололаки.
Я соглашался туда ехать, только чтобы посмотреть на кивающего головой бегемота в витрине детского мира на площади Ленина. В сам детский мир мы не заходили, солдатиков там не продавали.
Мы долго ехали на автобусе, с застеклёнными боковыми окнами крыши, я садился и вёл автобус вместе с водилой, переключаясь и нажимая воображаемые кнопки открывания и закрывания дверей.

Один раз родители затеяли ремонт, вернее - они его долго назревали, и меня отправили в детский санаторий.
Санаторий располагался в местечке Цхнети, совсем недалеко от города, в шикарном лесу, в то время -  узел детского отдыха, наравне с Кикети, Манглиси, Коджори. Шикарные леса, холмы, поляны. Огромные сосновые рощи, приятный климат. Это был рай, какой встретишь разве что в Швейцарии.
Я первый раз остался один, без родителей, без бабушки. Наедине с чужими людьми. Они были добры, приветливы, заботливы, но говорили не на моём языке.
И я думаю -  слишком рано меня послали в это приключение. Мне там не понравилось. Хотя одного друга я заимел, он тоже говорил на русском..
И потом мы периодически сталкивались то тут, то там, многие годы.
Впоследствии он стал большим политиком. Но я не хочу упоминать его имени.

Фотка скорее всего 1969 год или 1970.  Найдите меня. Это не трудно.


ZHNETI